Версия для слабовидящих (звук)

«А кто подумает обо мне?!» - Долгий уход за лежачим родственником чреват эмоциональным выгоранием

219
5 минут
«А кто подумает обо мне?!» - Долгий уход за лежачим родственником чреват эмоциональным выгоранием

«Его пример другим наука; Но, боже мой, какая скука С больным сидеть и день и ночь, Не отходя ни шагу прочь! Какое низкое коварство Полуживого забавлять, Ему подушки поправлять, Печально подносить лекарство, Вздыхать и думать про себя: «Когда же черт возьмет тебя!» 

Эти строчки из «Евгения Онегина» многие из нас заучили еще в школе. Но понимать их смысл по-настоящему мы начинаем только тогда, когда на руках у нас остается тяжелобольной инвалид.

С первой же минуты тот, кто взял на себя заботу о лежачем родственнике, перестает принадлежать себе. На его плечи ложится груз забот, который мало кто может и хочет разделить – от не планируемых до сих пор огромных финансовых затрат до необходимости спать урывками и похоронить на долгие годы множество личных дел и планов.

А что же больной? Он весь под властью болезни. Его внимание зафиксировано на своей немощи, он твёрдо знает, что в этой ситуации ему хуже всех. И как бы ему не было жаль вымотанных окружающих, себя он жалеет больше.

Даже если парализованный больной ведет себя достойно и старается беспокоить близких как можно реже (что бывает нечасто), то все равно вспышки гнева, грубости, капризов, упрямства с его стороны – неизбежны. В вашем доме он теперь та самая главная планета, вокруг которой вертятся спутники.

Особенно ясно это проявляется у стариков и детей: возраст заставляет их быстро привыкнуть к своему особенному положению и начать помыкать окружающими, делая из самых близких и родных прислугу для своих прихотей.

Все это довольно быстро приводит к охлаждению отношений между инвалидом и его родными, порождает взаимные претензии или молчаливое, крепнущее изо дня в день недовольство. Как ни странно, это обратная сторона любви. Психика здорового человека защищает его таким образом от излишков сострадания, не давая полностью «срастись» с любимым, но беспомощным человеком.

Случись что с ним – и что же делать здоровому, тоже похоронить себя, но заживо? Инстинкт выживания, биологическое стремление к продолжению рода, жизни, здоровый эгоизм и рационализм порождают у всех без исключения мысли и рассуждения, которых принято стыдиться и не принято озвучивать – о том, чтобы эта пытка и каторга завершились поскорее. А завершиться она может только со смертью больного.

Осознавая стыд этих мыслей, здоровый упрекает себя и, невольно пытаясь оправдаться, вновь перекладывает вину на больного: «это из-за него я стал таким черствым, я выгорел и прогорел, я не был таким раньше, во что он меня превратил, за что мне это?!»

Рано или поздно эти эмоции обрушатся на инвалида в форме упреков – прямых или завуалированных - а тот непременно вернет их, и недовольство друг другом станет нарастать, как снежный ком. Потом обе стороны начинают винить себя и раскаиваться, и, чтобы не допустить повторения этой тяжелой ситуации, все больше огораживаются друг от друга новыми ширмами и новыми масками.

Где же выход? Их два. Либо убедить себя в том, что вы обязаны выполнять своей долг и поэтому должны героически терпеть все, что выпадало и будет выпадать на вашу долю, ничего не меняя. Либо попытаться строить диалог со своим близким и глубоко несчастным человеком. Если выбираете второй путь, то нужно понимать – чаще всего вам придется заново знакомиться с вашим больным.

Для этого надо постараться на некоторое время поменяться ролями, даже если это и произойдет в вашем воображении. Предложите больному поставить себя на ваше место и сами примерьте его «шкуру» и зафиксируйте эти представляемые ощущения со всей возможной честностью.

Это поможет вам легче понять и почувствовать, в каких ситуациях действительно необходимо принять капризы вашего подопечного, а в каких его требования чрезмерны и несправедливы. То же самое должен постараться осмыслить и он сам, увидев свою ситуацию вашими глазами. Потом нужно (со всей возможной деликатностью, но и честностью тоже) проговорить все проблемы, высказать взаимные претензии и постараться найти пути их решения.

Ухаживающий расскажет о своей усталости, жалости и раздражении, больной – о своих страхах, одиночестве, обидах. Вы найдете разницу между тем, что, как вам кажется, должен испытывать другой и тем, что он ощущает на самом деле. Помимо того, что такие разговоры помогут «выпустить пар» и наладить контакт, они снимут тяжелый осадок с души остающегося тогда, когда больного не станет. Мысль о том, что перед смертью вы успели понять его, простить и попрощаться очень поддержит вас в тяжелые минуты после утраты, поверьте!

Возможно, что вас поддержит недолгий отдых друг от друга и смена обстановки – можно попытаться нанять на пару недель сиделку или попросить о помощи другого родственника, друга. Вывезти больного на дачу, а самому уехать в отпуск. Если вы примете именно такое решение, то постарайтесь на все время разлуки вести дневник (если у больного есть физическая возможность писать или наговаривать на диктофон, то предложите ему делать то же самое).

Изложить то, что вы думаете, чувствуете и видите в письменной форме очень часто не только помогает облегчить душу, но и структурировать свои переживания, упорядочить мысли и чувства. Потом, если вы оба сочтете это уместным, можно обменяться дневниками. Это сориентирует вас обоих, даст повод ещё лучше понять друг друга.

Напоследок хочется акцентировать внимание вот на чем.

Самым болезненным, самым частым и самым важным вопросом к самому себе после ухода близкого и долгое время болевшего рядом с вами человека всегда бывает такой: «Все ли я сделал для него, не упустил ли я возможности продлить и облегчить ему жизнь?»

Ваше внутреннее спокойствие на годы и годы будет сильно зависеть от того, сможете ли вы ответить на этот вопрос положительно. Но чтобы точно знать, в чем именно нуждается дорогой вам человек, нужно непросто разговаривать с ним, а научиться строить диалог. Учитесь его строить.

Светлана Тихомирова для ИнваНьюс

Читайте также